Электронная коммерция и Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров (продолжение)

Автор: Фернандо Г. Верцони (Fernando Gava Verzoni)

Статья 11 устанавливает «общий принцип отступления от формы»[4]: договор купли-продажи (а) «не требуется, чтобы заключался или подтверждался в письменной форме», (b) «не подчиняется любому другому требованию в отношении формы» и (с) «может доказываться любыми средствами, включая свидетельские показания». Таким образом, исходя из указанных выше пунктов (а) и (b), для заключения договора будет достаточно простого согласия сторон – консенсуса, без соблюдения какого-либо требования в отношении формы[5]. Основываясь на этом, суды при принятии решений констатировали, что договора могут заключаться путем устных заявлений[6]. Таким образом, статья 11 имеет преимущественную силу перед нормами национального права в отношении формальной действительности (договора), хотя вопросы действительности договора исключены из сферы применения Конвенции в силу статьи 4(а) Конвенции.

 

Вторая часть нормы – пункт «с» - характеризует отступление от формы с процессуальной стороны, устанавливая, что договор может подтверждаться любыми средствами, лишая юридической силы любое положение национального права, которое обусловливает юридическую силу договора приданием ему письменной формы (закон об обманных действиях (“statute of frauds”))[7] или запрещает устное свидетельство до или в во время соглашения между сторонами (нормы об устных свидетельских показаниях[8]).

 

История принятия статьи 11 демонстрирует, что эта норма основывалась на существовавших во время ее разработки и принятия последних технологических достижениях в области телекоммуникаций: так, прямо указывается, что «включение статьи 11 в Конвенцию вызвано тем, что много договоров международной купли-продажи товаров заключаются с помощью современных форм сообщений, что не всегда предполагает существование договора в письменной форме»[9]. Разумеется, упомянутые выше «современные» формы больше таковыми не являются. В настоящее время интерес представляют новые технологии, появившиеся уже после принятия Конвенции.

 

Понятно, что, поскольку Конвенция не устанавливает какое-либо требование в отношении формы договора при его заключении, постольку договор может быть заключен также и с помощью электронных средств[10]. Основная мысль заключается в том, что пока стороны могут понимать друг друга, для заключения договора может применяться любая форма сообщения (сообщение данных должно быть читаемым для получателя). Тем не менее, статья 11 не может применяться в случае оговорки согласно статье 96, о чем будет говориться в Части III.1.2.2.

---