Электронная коммерция и Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров (продолжение)

Автор: Фернандо Г. Верцони (Fernando Gava Verzoni)

Согласно статье 13 «письменная форма» не обязательно должна характеризоваться наличием подписи[23]. Вместе с тем, сегодня существует некоторые инструменты, которые могут реализовать, с большой степенью безопасности, функцию подписи на бумажном документе, например, так называемые «электронные подписи». Так, механизм электронной подписи, основанный на системе открытых ключей, дает получателю сообщения данных уверенность в том, что оно действительно было направлено отправителем, и что его содержание не было изменено[24]. Конвенция не требует использования названных технологий чтобы предоставить сообщениям данных статус «письменной формы», но, но стороны могут, в соответствии со статьей 6, договориться об использовании электронные подписей в сообщениях друг с другом и изменить, таким образом, определение понятия «письменная форма».

 

 

III.1.2.2. Возможное воздействие статьи 13 на оговорку статьи 96

 

Согласно статье 96 Конвенции, договаривающееся государство, чье законодательство требует, чтобы договоры купли-продажи заключались в письменной форме, может в любое время сделать заявление, что положения, которые позволяют заключать, изменять или расторгать договор купли-продажи не в письменной, а в любой форме, неприменимы, если хотя бы одна из сторон имеет свое коммерческое предприятие в этом государстве. Поэтому статьи 11 и 29 не могут применяться, если была сделана оговорка по статье 96. Тем не менее, тот факт, что коммерческое предприятие одной из сторон находится в государстве, сделавшем такую оговорку, не приводит к автоматическому применению норм права такого государства в отношении формы договора[25]. Преобладает точка зрения, согласно которой если коллизионные нормы государства суда требуют применения права сделавшего оговорку государства, то будут применяться нормы права такого государства. Если же применимо право государства, которое не делало оговорку, то применяются нормы Конвенции (в отношении формы договора)[26].

 

Если применимо право сделавшего оговорку государства, то возникает вопрос о влиянии определения «письменная форма», содержащегося в статье 13 (Часть III.1.2.1), на соответствующие нормы права такого государства. Другими словами, предположим, что право сделавшего оговорку государства предусматривает, что договор не может заключаться путем обмена электронными письмами между продавцом и покупателем. Здесь вопрос заключается в том, будет ли статья 13 иметь преимущественную силу перед определением «письменной формы», содержащимся в национальном праве государства. Уже отмечалось, что статья 13 Конвенции включена в нее по предложению Федеративной Республики Германии, и предназначалась не только для того, чтобы быть «определением понятия «письменная форма», которое применяется в статьях 21(2) и 29(2)», а скорее для того, чтобы «достичь унифицированного объективного стандарта для требований в отношении формы, чтобы у сторон не было необходимости соблюдать требования национального права в отношении формы, которые, возможно, устанавливают более высокие стандарты, и получить информацию о которых может быть проблематично»[27]. Такое понимание является общепринятым[28]. Основным возражением против толкования статьи 13, которое расширяет понятие «письменная форма» на внутреннее право сделавшего оговорку государства, является сама редакция статьи 13, которая гласит, что под «письменной формой» понимаются также сообщения по телеграфу и телетайпу «для целей настоящей Конвенции».

---